d5e09463     

Парнов Еремей - Уроки Чапека, Или Этапы Робоэволюции



Е. Парнов
Уроки Чапека,
или этапы робоэволюции
Эта книга о роботах, точнее, андроидах - разумных сущест-
вах из металла и пластика, которые живут и действуют бок о
бок с нами. Как же случилось, что мы, люди, могли на это
пойти? Я еще допускаю, что позволительно проиграть партию в
шахматы железному ящику. Впрочем, бог (нет, не бог, а святые
Айзек, Карел и Станислав) с ними, с этими шахматными компь-
ютерами. Это бы еще полбеды. Ходячие железяки вполне терпимы
и на подсобных работах. Особенно в наш век, когда прислугу
или няньку днем с огнем не сыщешь. Только ведь и эти, ис-
кусственные, не лучше! У Джанни Родари, например, робот соня
и саботажник (рассказ "Робот, которому захотелось спать"), у
Зигберта Гюнцеля ("Одни неприятности с этой прислугой") -
зазнайка. А железные герои Клиффорда Саймака ("На Землю за
вдохновением"), того и гляди, перейдут грань уголовщины. К
тому же они бредят научной фантастикой.
Но разве таких читателей имели мы в виду, братья-фантас-
ты? Разве болгарский коллега Антон Донев ("Алмазный дым")
пишет для всяких там "Зингеров", "Континенталей" и "Счита-
лок" (я бы назвал ее "Феликсом")?
Однако и с этим в конце-то концов можно примириться. А
вот дойти до того, чтобы усомниться в собственной жене (не в
тривиальном смысле)! Да что там жена, если и своего-то нутра
как следует не знаешь.,. И что хотел сказать Брайан Олдисс,
задавая вопрос: "А вы не андроид?" Это, по-моему, уж черес-
чур. Дично мне больше по душе позиция Роберта Шекли в "Бит-
ве". Пусть роботы сражаются с инкубами, суккубами, велиалами
и бегемотами, но не лезут в наши души!
Одно дело играть в шахматы, другое - сочинять скетчи,
репризы и анекдоты, как герой рассказа Уильяма Тенна "Шут-
ник", или даже романы, как это делают у Лейбера не только
яйцеглавы, у которых хоть мозги-то наши, человеческие, но и
чисто металлические роботы. Что же касается робота по имени
Филберт, который осмелился писать научную фантастику, то это
даже обидно. Вот уж никогда не ожидал такого от коллеги Сай-
мака - не только фантаста, но и человека...
Поэтому я вновь спрашиваю: как могло все это случиться?
Трудно сказать, когда к нам впервые пришел механический
человек. Может быть, все началось с той минуты, когда мы
впервые осознали себя существами, способными восполнить свое
биологическое несовершенство за счет мертвой природы. Первая
палка, первый сколок обсидиана навсегда отделили нашего пра-
щура от мира слепой эволюции.
Это была трудная задача. Поэтому-то и зародилась мечта об
универсальном орудии, орудии совершенном. Такое орудие долж-
но было обладать всеми нашими достоинствами и не иметь при-
сущих живой плоти недостатков. Достоинства мыслились, конеч-
но, как чисто человеческие, недостатки же должен был устра-
нить более надежный, чем протоплазма, материал: обожженная
глина, камень, а еще лучше покорный обработке металл. Отныне
механический человек стал реальностью, хотя и пребывал еще в
нематериальном состоянии героя устных народных сказаний. От-
голоски таких сказаний мы найдем в эпосе шумеров и Старшей
Эдде, в Древних Упанишадах и Каббале, в ЗендАвесте и раннех-
ристианских апокрифах.
С течением времени тоска по механическому двойнику стано-
вится настолько сильной, что порождает идеи совершенно ере-
тические. Люди начинают понимать, что не только они, греш-
ные, но и бессмертные боги не могут обойтись без металличес-
ких слуг. И кощунственное воображение засылает таких слуг на
Олимп. Именно на Олимп, ибо элли



Назад